Паломничество на Белую гору


08 Сентябрь 2014 г.

ПАЛОМНИЧЕСТВО

Крестный ход – это напоминание о крестных страданиях Иисуса Христа, когда члены Церкви имеют возможность как бы воссоединиться со Своим Главой. 26 июля Литургией в Крестово-Митрофаниевском храме в 18-й раз начался Крестный ход из Перми на Белую гору.

Организаторы Крестного хода предлагали вещи и питание погрузить в грузовые автомобили и идти налегке – словно Сам Спаситель руководил Крестным ходом и предлагал полностью довериться Ему, не заботясь, что пить и есть, где заночевать, не думая о завтрашнем дне: «что тебе до того? ты иди за Мною» (Ин. 21, 22).

После Литургии люди собрались в ожидании; мужчины взяли на носилки иконы и мощи и с традиционным колокольным звоном под пение «Царю Небесный», освящая водой многочисленный православный люд, все отправились в путь, прославляя Бога в молитвах и песнопениях...

Ласково приветствовало нас солнышко, улыбаясь из-за облаков. Отец Дорофей (игумен Белогорского монастыря) радостно кропил всех святой водой. После недолгого дождика и несколько часов ходьбы мы остановились на ночлег в Бахаревском женском монастыре. Чтобы добраться до храма в честь Покрова Пресвятой Богородицы, надо было перейти через речку по небольшому деревянному мосту, подняться по крутой горке. В небольшом храме было совершено вечернее богослужение, священники допоздна принимали желающих на Исповедь. Возвращавшиеся после Исповеди на ужин любовались яркой и сочной радугой, возвышающейся над храмом на фоне серого неба: Господь словно подтверждал Свой завет, предлагая и нам откликнуться на Его зов.

На следующий день после Литургии мы добрались до пос. Лобаново, где нас хлебосольно встретили прихожане храма Св. Князя Александра Невского. Стало хорошей традицией совершать молебны в каждом храме и на каждом святом месте, которое мы проходили. А отец Владимир очень любит акафисты – он активно зазывал всех на молитву почти на каждой стоянке. После молебна нас кормили щедрыми дарами природы: огурцами во всех видах, отварной свежей картошкой, помидорами, кашей, булочками и другими яствами. Так с Божией помощью мы дошли до пос. Юг, где настоятельствует отец Петр, который возглавлял Крестный ход. Слово его было заряжено силой, чувствовались богатая духовная жизнь, покаянные молитвы и радость прощения. Может, от этого он почти всегда улыбался – даже когда пытался говорить грозно, лицо его сияло добрым ласковым солнышком.

За трапезой я познакомился с одной бабушкой и ее примечательным посохом. На нем было 17 отметок – ровно столько, сколько было Крестных ходов на Белую гору. Вместе с отцом Петром прошла она тяжелый путь 17 раз. Была на посохе и звездочка, когда было совсем плохо, казалось, что душа отойдет от тела. Милая бабушка поделилась своим секретом: главное – это причащаться каждый день, тогда ноги сами летят как птицы. Она поблагодарила Бога за прохладную погоду, ведь в жару еще труднее идти. Но главная ее отрада – возможность причащаться каждый день, что бывает только на Светлую Седмицу. А мне подумалось: кто как поет, так и живет...

В день святого равноапостольного князя Владимира была отслужена Литургия. Потом мы отправились на гору Благодать. День был самым холодным, тучи стремились все затянуть, но озорные лоскутки яркого голубого неба словно играли в прятки, то показываясь, то прячась. На горе отслужили молебен… Когда-то здесь был монастырь, тоже уничтоженный советской властью. Весь путь до Белой горы залит кровью мучеников и исповедников, может, поэтому здесь вырастают и восстанавливаются храмы, оживляя веру в людях.

После молебна на горе Крестный ход разделился надвое. Одни вернулись, а другие продолжили путь – как говорит отец Петр, «100 шагов, а все ближе к Богу». Наверное, это был самый трудный день. Склон горы был размыт прошедшими ливнями. Спускаться вниз зачастую можно было только по одному. Липкая, густая грязь очень неохотно отпускала свою добычу. Я смотрел на бабушек, перескакивающих через поваленные деревья, на детей самого разного возраста, в том числе и младенческого, на родителей, которые путешествовали с младенцами в колясках, и умилялся. Это потрясающая вера, доверие к Богу и упование на Него. Дети падали, временами плакали, ноги покрывались мозолями, но «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи» (2 Кор. 12, 9). Ниточкой пролегла наша дорожка к престолу Божию.

В деревне Бырма сделали небольшой привал, пропели и прочитали акафист св. Николе угоднику Божию, сделали еще один рывок и достигли пос. Н. Пальники почти затемно.

В недостроенном деревянном храме не было даже иконостаса. Для него протянули бечевку и подвесили два отрезка ткани, на которые прикрепили две иконы: Спасителя и Богородицы. Утром на Литургии просто физически священники не могли исповедовать всех желающих. Отец Петр провел общую Исповедь, где не называл каких-то тяжких грехов, говорил мягко, даже успокаивающе, слова его живительными капельками падали в душу и ложились на сердце. Слышался детский голос: «Мама, не плачь!»

Причащались на улице, а потом в удивлении ахнули: на небо появился ярко-белый крест из облаков.

Весь день шли по живописным лугам и крутым пригоркам. Справа и слева то возвышались, то уходили вниз поля с лесами. В жаркий солнечный день легко было оценить красоту и очарование дурманящих цветов, спешащих обрадовать каждого встречного. Женщины не могли оторвать от них глаз, собирали в букеты, которыми украшали иконы. Мы проходили через ручьи, а то и речки. Дети нашли ежика. Одна женщина подошла и сказала, что это к радости – все улыбнулись. Приезжали машины с водой и чаем, утоляя жажду и подкрепляя силы. Почти созрела черемуха, можно было найти землянику, поспела малина – вся природа благоухала. Везде сновали вездесущие муравьи.

На душевном подъеме мы пришли в небольшую деревню Польгарец, отслужили молебен, пообедали, прошли Крестным ходом вокруг храма.

И оказались в с. Троельга, где нас приняли с необыкновенной душевностью; сердце русского человека открыто для благодати, проникнуто уважением и благочестием к любому подвигу души, к любому устремлению к Богу. Все время люди жертвовали ягоды, овощи и другую нехитрую снедь. Приглашали ночевать в свои дома, тем самым приобщаясь к Крестному ходу, участвуя в нем. В Троельге солидный мужчина предложил разместиться на своей закрытой веранде, где, по всей видимости, устраиваются свадьбы, вечеринки и праздники – рядом располагались здания с туалетами и умывальниками и печка, где можно было жарить мясо. Оказывается, он по уже заведенному обычаю принимает паломников. Не раздражались водители машин, которые останавливались и ждали, когда пройдет Крестный ход, наоборот, интересовались, откуда и куда мы идем, желали удачи и Божией помощи.

В среду после Божественной литургии, причастившись на открытом воздухе, мы опять отправились в путь. День был по-прежнему светел и тепл. Опять выстроилась очередь освятиться под проносящимися иконами, шествие сопровождалось дружным пением Иисусовой молитвы. Одни начинали, другие вторили им, как будто совершая разговор. В этом пении и сам не чувствуешь, как ноги передвигаются, не замечаешь, как пролетают деревни и села, поля и луга, реки и горы. Бывает, услышишь чей-то звонкий голос и пристраиваешься к нему, не спрашиваешь, кто это так звонко поет: голос уже такой близкий и родной. Незаметно для себя мы оказались в с. Ерши, где подкрепились на пожертвования местных жителей. В храме во имя Мученицы Параскевы отслужили молебен – и тронулись дальше.

Поднявшись на одну из горок, на фоне покрова из облаков мы увидели Белую гору с маковками собора, сияющими Вифлеемской звездой. Чувство облегчения и затаенной грусти от скорого окончания нашего путешествия вырвалось неслышно наружу. Виден был и храм в с. Бым, где нам и следовало остановиться. После вечернего богослужения тучи, как ястребы, налетели отовсюду, засверкали молнии, хлынул ливень с резким порывистым ветром. Полетели некоторые палатки. А остальные едва удерживались сидящими в них людьми. Странно и страшно было сидеть в палатке, а вокруг тебя проносятся молнии во все небо, громыхает гром, ветер норовит сорвать остатки цивилизации и оставить тебя голым, да и перед стихией чувствуешь себя настолько беспомощным, что и в одежде появляется ощущение наготы. В храме люди собрались, чтобы читать акафист свт. Николаю Мирликийскому. Как только закончили акафист, дождь умолк, но по-прежнему молнии сверкали, давая понять, что это временно. Люди смогли сделать все необходимое для того, чтобы лечь спать. Затем дождь продолжился, почти до самого утра.

На Литургии после уже традиционного Причастия на улице отец Петр сказал проповедь, где пожурил женщин, что бегут вперед, что не слушаются своего пастыря. А предложил он следующее: женщин отправить более длинным путем через населенный пункт Калинино налево, а затем на Белую гору, что примерно было равно 22 км пути, а мужчин, которые причастились, отправить напрямую через лес и горы, где надо было пройти около 8 км. А мне почему-то вспомнилась история народа Израильского, когда они подошли к горе Синай, которую Господь окружил облаком громогласным и сверкающими молниями. А затем, когда предложил взойти на них не только Моисею, но и всему народу после соответствующего поста и молитвы, они убоялись. Видимо, и на Белую гору нельзя вступать без благоговения, каждый день требует больших усилий от человека, чтобы он выкладывался на пределе своих возможностей.

День был хмурый, временами накрапывал дождик. Отец Петр наедине с нами объяснил и еще одну причину своего решения мужчинам, чтобы кто-то из нас мог остаться в монастыре, если ему понравиться. Горные тропы были размыты, нога не могла нащупать травы, за которую могла зацепиться. Славный дедушка-священник из с. Быма чуть не упал, но Господь поддержал его руками мужчин. Мужское пение отличалось своей силой и раскатистостью, какая-то была в нем грусть, протяжность и задумчивость. Мужчины разделились на две смены, чтобы нести иконы и мощи. По временам доносился окрик: «Смена!» И люди сменяли друг друга, затем темп смен убыстрялся, а пение становилось каким-то еще более стройным, как будто выходило из самых глубинных недр естества. В конце нас ожидал крутой подъем. Мы обошли вокруг собора, перед нами открылся фантастический вид с разных сторон от 80 до 160 верст на всю округу. Во время молебна показалось солнышко, Господь решил воодушевить нас, улыбнувшись. Отец Петр встретился со своим духовным чадом, женщиной, которая вместе с ним ездила в Иерусалим на пароходе, а после чудесного выздоровления пожелала посвятить свою жизнь полностью Богу.

Затем можно было пообедать на втором этаже Белогорского монастыря, где организацию обеспечивали студенты одного института, вышедшие на практику.

Женская половина с немногочисленными мужчинами поднялась на гору только спустя четыре часа. Впервые Крестный ход прошелся по улицам пос. Калинина, где можно было подкрепить свои силы. Видимо, Господь решил освятить и это богоугодное место. Отец Петр всех благословил ужинать после бдения. На службе чествовали память обретения мощей прп. Серафима Саровского. Отец Дорофей светился лучезарным праздничным светом. Самые благообразные чувства переполняли всех.

После службы и трапезы стало известно, что один ребенок потерялся. Почти моментально был организован отряд мужчин в 50 человек, чтобы начать поиски. Наверное, это можно назвать соборностью – обязательным критерием святой и апостольской Церкви. Но отец Петр не благословил начать поиски. Был отслужен молебен свт. Николаю, по окончанию которого пришла смс-ка, что мальчик нашелся. Спустя некоторое время стало ясно, что это был другой мальчик, но и первого потерявшегося мальчика нашли сравнительно быстро.

Литургию можно было отслужить в монастыре или в скиту, до которого допускают паломников только три раза в году. В шесть часов утра почти в полном тумане, как будто плотное облако окутало место, где поселился Господь, мы отправились в Свято-Серафимовский Алексеевский скит. В основном пришлось спускаться по крутым склонам, пробираться через траву рядом с размытой проселочной дорогой. Но этого никого не пугало, все живо чувствовали помощь Божию и покров Пресвятой Богородицы. В скором времени мы вышли на опушку леса, где находился небольшой храм. Причастилось 581 человек.

После Причастия можно было сходить на источник попить воды или окунуться. Не помню, чтобы я пил воду слаще и вкуснее, чем на этом источнике. Когда-то этот скит был уничтожен советскими властями и найден по приметным деревьям, которых посадили таким образом, чтобы они образовали восьмиконечный крест. Странно, но не мог избавиться от впечатления, что я видел это место, храм, торчащую трубу, эту опушку, даже тополя и бегающую собаку, которая увязалась за паломниками уже давно в одном из поселений. Как будто во сне я видел похожее место...

Кроме всего прочего, словно подтверждая слова псалмопевца Давида: «Все дышащее да хвалит Господа!» (Пс.150, 6), многие животные сопровождали нас. Коровы мычали, собаки лаяли, кузнечики стрекотали, стрижи пищали, чайки кричали, галки в с. Бым огромными стаями облепили почти весь храм, провожая нас в последнее странствование. Вот и сейчас мы долетели до монастыря, не замечая крутых склонов и возвышенностей в волшебном состоянии парящего духа. В последний раз можно было присесть под иконами, приложиться к мощам.

Затем был обед и благодарственный молебен. Отец Петр пригласил всех к себе на престольный праздник помянуть св. пророка Илию в п. Юг. А также предложил расписаться на плакате всех, кто участвовал в крестном ходе. А затем автобусы начали развозить паломников в г. Пермь и в п. Юг. В самой Перми приятно было отметить вежливость и доброжелательность пермяков, когда они общались между собой, хорошие люди там живут – Божий град. На вокзале и на улицах попадались участники крестного хода, которых безошибочно можно было узнать по загару, небритости, походной одежде и рюкзакам. Когда останавливались и приветствовали друг друга, хотелось обняться, можно было ничего не говорить, лица светились тихой радостью. Наверное, той самой, с которой приветствовал прп. Серафим: «Христос воскресе, радость моя!»

Алексей Пашенков,
студент IV курса
Екатеринбургской
духовной семинарии

"Православная газета" г. Екатеринбург